Суть работы Ричарда Спольцино из NASA Langley в рамках направления Moon Base — выявлять и документировать так называемые пробелы знаний в данных, которые могут повлиять на решения в возвращении на Луну и будущих миссиях к Марсу. Он объясняет это как «где мы не знаем» и почему это важно: цифры, которые помогут спланировать прочность грунта лунного реголита и влияние его на основы будущих баз, на перемещение роверов и на выбор оборудования. Его формулировка идеи — «то, что мы не знаем, формирует проблему до того, как она возникнет»; именно поэтому команда ведёт формальную запись пробелов знаний: что неизвестно, зачем это имеет значение, что уже есть, чем недобор может быть критичен и какие конкретные цели нужно достичь совместно с международными партнёрами и индустрией. 25 начальных пробелов превратились в план на приблизительно 60 к концу текущего года.

Спольцино — человек, выросший из истории к науке о космосе: он учился в Санта-Кларе на физике, участвовал в исследовании межзвёздной пыли в обсерватории Лик, однако понял, что ночи без сна не для него. Затем пошёл в программу аспирантуры в Университете Хьюстона, где соединил инженерное дело и космическую архитектуру в системном духе: как связать лунный кислородный завод с роботами и процессорами, чтобы данные уходили по цепочке от ресурса к пользователю. Ему всегда была важна не одна деталь, а то, как все части работают вместе.

Делая фокус на реальном воздействии, Спольцино говорит о том, что в университетской программе Хьюстона его привлёк не сам факт работы в NASA, а масштаб проблем и прямой доступ к руководству, формирующему политику в отношении возвращения на Луну. По его словам, культура NASA поощряет сотрудников выходить за рамки фиксированной должности и даёт молодым специалистам возможность расти в проектах, которые перерастают их изначальные задачи. Именно это, по его мнению, делает агентство достойным внимания надолго и для тех, кто не уверен в призвании к космонавтике: здесь можно реально влиять на решения и развиваться.

Ещё одна ключевая идея — перевести идеи в конкретные требования к полету. В работе над поставленным заданием по лунному лэндеру, сейчас известному как Voyager (бывшая Astrobotic), команда сместила акценты с выбора приборов на первоочередность отправки данных через ограниченный канал связи; задача состоит в том, чтобы определить, какие данные и когда надо отправлять, чтобы важные выводы могли быть сделаны в условиях ограниченной пропускной способности. В другом направлении команда оценивает предлагаемые приборы — спектрометры, инструменты для сбора образцов и демонстрационные технологии — на соответствие опубликованным пробелам знаний. Некоторые предложения точно соответствуют нуждам NASA, другие — нет; именно это и помогает руководству выбрать реальные кандидатуры для полётов.

На практике это означает, что работа по выявлению и сопоставлению «пробелов знаний» превращается в фильтр для проектов: сторонники новых инструментов должны показать, как их предложения картируются на существующие данные недостающих знаний, прежде чем дальнейшее обсуждение возможно. По словам Спольцино, индустриальные партнёры отметили это изменение; лидеры теперь требуют доказательств, что предлагаемое устройство реально заполняет конкретный пробел знаний.