В начале сентября учёные из сотрудничества LUX-ZEPLIN (LZ) заявили, что их детектор зафиксировал сигнал, который мог быть вызван единичной частицей темной материи. Однако это заявление не является окончательным открытием: сигнал может оказаться артефактом известных физических процессов. Тем не менее событие вновь подняло вопрос о том, какой тип частиц темной материи мог объяснить наблюдаемое и вернул обсуждение сверхсимметричности как потенциального решения сразу для нескольких загадок физики.

Одной из самых обсуждаемых гипотез стала возможность того, что сигнал зафиксировал гипсин — суперпартнёр Хиггс-бозона по теории сверхсимметричности. Если гипсин существует и объяснит наблюдаемое, это стало бы первым обнаружением сверхсимметрии; в таком сценарии темная материя могла бы состоять из частиц близкого к гипсину характера. Уже в первые сутки после объявления LZ появлялись статьи на arXiv, указывающие на гипсин как на потенциальную интерпретацию.

Однако последовавшие проверки поставили под сомнение гипсисин как окончательное объяснение. Так, если гипсины действительно существуют, их предполагаемое взаимодействие внутри Солнца могло бы привести к аннигиляциям и образованию нейтрино — частиц, которые должны были зафиксировать нейтринные детекторы, например IceCube. Но нейтрино не наблюдались, что добавляет сложности к гипсинной версии объяснения. Также анализ данных LZ на более высоких энергиях не обнаружил соответствующих сигналов, что ещё более усложняет картину.

С учётом этих факторов некоторые исследователи сохраняют небольшой запас по гипсину: масса частиц может отличаться от теоретических ожиданий и вместе с возможной скоростью движения темной материи в Млечном Пути менять выводы. В новых публикациях на arXiv обсуждают варианты с большими массами гипсинов и различной энергией переходов между состояниями, чтобы объяснить наблюдаемое и не противоречить существующим экспериментам. Также рассматриваются альтернативы, включая гипотезы о темной фотонной партии и другие классы частиц темной материи.