В Париже суд вынес приговор лидеру клана Рохебро (Роберто) Хамидовичу и шести его родственникам по делу о торговле людьми и организации сети карманных краж детей. Роберто Хамидович, 48 лет, получил максимальное наказание — восемь лет лишения свободы и штраф в размере 500 тысяч евро; его жене Леjlа — шесть лет и штраф 300 тысяч евро. Также по делу подверглись наказанию двое сыновей, племянник и две родственницы — им назначены сроки от пяти до семи лет и аналогичные штрафы. Все получили решение об экстрадиции и запрете на въезд во Францию после освобождения. Сведения о приговоре озвучены в материалах суда и подтверждают, что речь идет о международной сети карманных краж, действовавшей на территории Европы.}

По данным следствия, Хамидович руководил сетью детских карманников, в основном девушек в возрасте около 10 лет, которым сообщалось планировать выходы на такие места, как метро и популярные достопримечательности, включая Диснейленд в Париже. По словам полиции, средний доход таких групп достигал около 25 тысяч евро в день, и подчас детей избивали, раскалялись и подвергались сексуальному насилию, если они не приносили достаточно денег. Алиса Гийе, государственный обвинитель, также говорила о том, что дети могли выдавать возраст 12 лет, чтобы полиция их отпускала. Эти детали приводят к выводу о существовании «уровня безнаказанности» и трудностям расследования.}

Семья, по данным следствия, жила «роскошной» жизнью — дизайнерская одежда, пятизвездочные отели, дорогие рестораны и казино. В то время как дети жили в бюджетных отелях или на нищих квартирах, занимаясь кражами, взрослые члены клана, включая супруга Хамидовича, часто пребывали за пределами Франции в Кропении и Хорватии, демонстрируя иной уровень достатка. Это контраст описан в материалах дела и служит фоном к обвинениям в торговле людьми и организованной преступной деятельности.}

История клана уходит корнями во времени примерно до 2010 года, когда дядя Роберто Хамидовича Фехми Хамидович был арестован во Франции по обвинениям в торговле людьми, а позже осуждён в Австрии. После этого Роберто взял управление кланом, который, по данным следствия, мог отвечать за до 75% краж в парижском метро. В суде он утверждал, что занимается лишь продажей подержанных автомобилей и зарабатывает 2000–5000 евро в месяц. Эти детали освещены в докладах правоохранительных органов и публикациях журналистов.}

Детективы подчеркивают, что «дети без корней, без будущего» стали потомками тех же схем, и что исключительной мерой против повторения преступной схемы является строгий приговор и экстрадиция. Прокурор Алис Гийёт отмечала, что пришлось удерживать несовершеннолетних под защитой, чтобы предотвратить их участие в дальнейшем торможении расследования и сотрудничестве с полицией. В рамках дела звучали тезисы о «т determinism» и прокомментированные возражения адвоката, что приговоры слишком суровы и не подтверждают наличие конкретного доказательства торговли людьми. После вынесения решения многие из десятков детей-перекупщиков исчезли из социальной помощи или были помещены в приемные семьи.}

Комментатор защиты Роберто Хамидовича заявил, что приговор избыточен и не подтверждает материалы дела. По данным суда, семья накопила примерно два миллиона евро, часть из которых могла быть скрыта за рубежом, а само дело охватывало несколько стран Европы и много лет расследования. Дальнейшие последствия включают экстрадицию осужденных и запрет на въезд после освобождения; часть детей, которыми руководствовались, исчезла или была передана соцслужбам. Судебные решения и последующая реакция стороны защиты отражены в материалах дела и пресс-релизах.}