Более восьмидесятилетия назад мир поглотили всплески войны: в Тихом океане шли ожесточённые морские столкновения, в ходе которых многие боевые корабли затонули и теперь лежат на морском дне под коркой рифов и кораллов. Одно из самых густонаселённых мест — лагуна Чуук — стала полем битвы и десятилетиями остаётся источником утечки нефтепродуктов: сотни тонн топлива, заключённого в затонувших судах, просачиваются в воду и грязь. Подобная развязка затрагивает промыслы и морские экосистемы региона. Эти аспекты подчёркнуты в наблюдениях о счетной величине корабельных остатков — около 200 000 тонн мусора и обломков, включая десятки кораблей-танкеров, давно оставшихся без надлежащей утилизации. В этой связи исследования фокусируются на двух японских судах — танкере Shinkoku Maru и бывшем пассажирско-фургойном корабле Kiyosumi Maru, возобновившем военную службу. Исследователи отмечают, что эти обломки «тлеют» под давлением времени и обнажают нефтяной слой и его контакты с морской средой.

Shinkoku Maru нес кипение «легкого» топлива, в то время как Kiyosumi Maru по всем признакам хранит более тяжёлый топливный остаток. Разные виды топлива — разные смеси углеводородов, вязкости и прочих параметров — могут влиять на то, какие виды бактерий способны обитать рядом; части топлива за десятилетия могли сохраняться в баках, а по мере ржавления стали открываться новые пути выхода нефти в лагуну. Это даёт контекст для различий в химическом составе и микробной среде между обнаженными водной границей и «масляной» фазой.

Учёные собрали образцы с двух затонувших судов и добавочно с границы масла и морской воды у Shinkoku Maru — их отправили в лабораторию для анализа химического состава топлива и бактериальных сообществ. Исследование показывало, что химия оказалась ожидаемой: оба топлива содержали сложные смеси нефтяных углеводородов, включая соединения, токсичные для морской жизни. Лёгкое топливо Shinkoku больше характеризовалось летучими ароматическими компонентами, тогда как тяжёлое из Kiyosumi было богаче устойчивыми углеводородами.

В целом микробные сообщества, судя по секвенированию ДНК, оказались впечатляюще разнообразными — они охватывали десятки таксонов от уровней филум до видов: 42 филума, 107 классов, 249 отрядов, 432 семейства, 1 047 родов и 1 505 видов по образцам, причём доминирующими оказались Протеобактерии. Среди обнаруженных представителей — рода Ralstonia, Sphingomonas и Corynebacterium, включающие виды, способные расщеплять нефтяные углеводороды для получения углерода и энергии. Это открытие подводит к идее применения биоремедиации, техники очистки загрязнений за счёт микроорганизмов. Однако учёные подчёркивают: идентифицированы лишь присутствие бактерий, активный разбор углеводородов пока не зафиксирован в рамках исследования.

Авторы подчёркивают, что состав микробного состава может формироваться под воздействием самой нефти: образец с границы масла и воды у Shinkoku Maru имел другую структуру по сравнению с бактериями, обитающими непосредственно в масляной фазе. Это говорит о том, что существуют причины, почему одни микроорганизмы процветают в разных средах, хотя для разгадки роли углеводородного метаболизма в этом нужна дополнительная работа. Если углеродная метаболическая активность действительно влияет на микробиоту, это могло бы осветить путь к очистке исторического мусора в регионе Тихого океана. В целом исследование поддерживает идею «естественных резервуаров» микробов, способных разрушать углеводороды в нефтяной среде — база для будущих работ по биоремедиации в регионе Тихого океана.

Статья опубликована в Marine Pollution Bulletin; материал прошёл проверку фактами и редактуру. Авторы подчёркивают, что находки формируют отправную точку для будущих исследований в области биоремедиации в Тихом океане, где десятилетиями остаются затонувшие боевые суда и связанные с ними проблемы загрязнения.