Документальный фильм Knife: The Attempted Murder of Salman Rushdie глазами режиссера Алекса Гибни рассказывает о жизни известного писателя до и после нападения в Нью-Йорке в 2022 году, но главное, что просматривается сквозь ленту, — это удивительная мужественность Рушди. Фильм базируется на воспоминаниях самого автора и распределяет акцент между камерной сценой в больнице и интимной видеозаписью, снятой его женой Рейчел Элизу Грифитс. В кадре встречаются наглядные травмы глаза и сцены нападения, что подчеркивает жестокость инцидента, но в то же время демонстрирует силу воли писателя и его непреклонное понимание ценности литературы и свободы выражения.

Нарратив фильма охватывает детство Рушди в Мумбаи (он продолжает называть город Бомбей), годы травли в английской школе, учебу в Кембридже и Лондоне, работу в рекламе и спор за прорыв с его магическо-реалистической «Мастером ночи» — Midnight’s Children. В ленте много кадров его на светских мероприятиях в смокинге, подчёркнутых образом «модного» лица литературы. В какой-то момент фестивальная жизнь и культ личности становятся частью подоплёки, иллюстрируя путь писателя к мировому признанию.

Особую часть документ затрагивает 1989 год и fatwa, вынесенную против автора по мотивам The Satanic Verses — угроза смертной казни со стороны иранской теократии и политическая полемика, которая исследуется как предыстория современных культурных конфликтов и цензуры. В фильме отмечают, что некоторые британские и американские деятели культуры в то время опустили Рушди, а даже в 2022 году многие не выразили unequivocal поддержки. Присутствуют эпизоды с мыслями о том, что книга была «осью отвлечения» после войны Ирака. Рушди называет вехами в критике Джона Хитчена и Эдварда Саида, которые защищали его.

Хронология фильма переносит зрителя через годы внутренней изоляции под охраной спецслужб и попытки вернуться к публичной жизни в Нью-Йорке, где он якобы «задействовал» нормальную жизнь и безостановочно двигался к обновлённой гражданской активности. Но, как говорит сам автор, он «не позволяет врагам победить себя» и в какой-то момент позволил своей бдительности ослабнуть, что и привело к повторной угрозе со стороны нападающего. Фильм фиксирует, что Рушди прошёл через личные испытания и продолжает жить с теми же устоями: литература, свобода выражения и жизнь воображения остаются приоритетом.

В фильме подчёркнуто, что детали личной жизни писателя остаются за кадром из-за уважения к приватности; однако в нескольких фразах он сам упоминает перебои в браках и рождения детей, а также факт, что об утверждении его обращения к исламизму в 1990 году он позже сообщил, что это был шаг устрашения в ответ на угрозы детям, и он отреагировал на это лайтово. Рушди описывает и то, как после нападения он продолжает выглядеть почти не пострадавшим и сохраняет величественную осанку, вернувшись к месту преступления и к чужим бездорожьям охраны — это, по словам автора, «защитный танец» победы над страхом.

В финале документ свидетельствует о восстановлении Рушди до значительной степени и о том, что его поведение не отражает старость или травму, сохраняя статус куратора литературной сцены. Он посещает здание тюрьмы, где заключён его преступник, и продолжает расширять рамки своего публичного присутствия; тем не менее зрители понимают: безопасность и осторожность остаются важной частью новой реальности писателя.