Для богатых семей, управляющих своим капиталом через семейный офис, математика проста: если на рынке появляется предложение, которое может принести трехкратную прибыль за три года, и другое — за три месяца, выбор очевиден. По словам Джоанна Фала, консультанта по семейным офисам и инвестора Atlas Capital в Сан-Франциско, «они, скорее всего, инвестируют в сделку по AI, которая обеспечивает 3x за 3 месяца», а не в альтернативу с долгосрочной динамикой. В контексте динамики рынка именно AI сейчас привлекает внимание за счет высокой волатильности оценок, цен и потенциальной отдачи. (ID 1)

Сдвиг в предпочтениях семейных офисов таков: вместо традиционных вложений через фонды венчурного капитала они все чаще приобретают акции частных компаний у существующих акционеров или заключают прямые сделки сами по себе. Эти подходы позволяют получить доступ к горячим компаниям без передачи контроля над деньгами фондовым менеджерам на десятилетия. По словам Фала, теперь у семейных офисов есть возможность работать непосредственно с «одними именами» и избегать слепых взносов в фонд управления. (ID 2, ID 3)

По состоянию на 2024 год семейные офисы управляли около 5,5 трлн долларов, и Deloitte прогнозирует, что к 2030 году эта сумма достигнет 9,5 трлн долларов. Эти цифры иллюстрируют масштаб доступного капитала и мотивируют участников рынка расширять рискованные, но потенциально более прибыльные активы. (ID 4)

Исследование UBS Global Family Office Report за 2026 год охватило 307 семейных офисов и показало, что альтернативные инвестиции — частный equity, венчурный капитал и частный кредит — теперь составляют 42% портфеля в среднем. Эти данные подтверждают тенденцию к большей доле рискованных активов в структуре портфелей. (ID 5)

После бурного подъема активность сделок семейных офисов в 2021 году достигла пика: 13% портфеля приходилось на прямые сделки по данным UBS. Но затем рынок скорректировался: к концу 2023 года показатель снизился на 53% в 18 месяцев, и к первой половине 2025 года общий объем сделок достиг минимального за десятилетие уровня. Сейчас часть действий возвращается на рынок, особенно на вторичном рынке, который Фал называет наиболее «снижающим риск» активом в VC. (ID 6, ID 7, ID 8)

Возвращение активности сопровождается большей уверенностью в крупных сделках и готовностью платить «цены первичного рынка» за «риски вторичного этапа», хотя это может ограничить потенциал высокой отдачи. По словам Фала, клиенты готовы направлять средства в AI-сферы в рамках вторичного рынка, а некоторые инвесторы даже обсуждают вложения по 50–100 млн долларов в компании Anthropic через этот канал. В контексте общего ландшафта, антикризисные сигналы остаются — многие видят AI как долгосрочный драйвер роста, но сохраняются опасения по перегретости и пузырю на рынке. (ID 11, ID 12)

Признавая неопределенность, участники рынка отмечают, что в портфелях семейных офисов AI воспринимается как мощный долгосрочный рост и возможность диверсификации по регионам, валютам и классам активов. Вместе с тем эксперты указывают, что пузырь может повлиять на широкий рынок акций, и часть инвесторов остается в стороне, другие же в полной мере «включаются» в рисковый сегмент. Вопрос, сохраняется ли это смещение надолго, остаётся открытым. (ID 12, ID 13, ID 14)