Сын бывшей лидера Мьянмы Аунг Сан Су Чи сообщает, что после первого телефонного разговора за более чем пять лет её состояние физическое и mental якобы в порядке, однако она держится в почти полной изоляции. По словам Кима Ариса, разговор стал редким свидетельством существования её — якобы «всегда шевелившейся» памяти и ясного мышления, но окружение за пределами военной и полиции у неё отсутствует, и, по его словам, она будто содержится в одиночной камере. Такие детали и формулировки вызывают сомнения в реальности происходящего, а также указывают на ограниченность доступа к ней..sources:[1,2]

Арус, сообщает Арис, неуточнённое местонахождение — возможно резиденция в На́йпьидо, охраняемая забором и окружённая скудной территорией. Он подчеркнул, что не уверен в точном адресе и что ссылка на место происхождения указана как «residence in Naypyidaw», что подчёркивает неясность ситуации, а также то, что кроме как вокруг неё никто не присутствует. В то же время он отметил, что визит к матери в посольстве Мьянмы в Лондоне — это «публичная кампания по связям» военного руководства..sources:[3,4]

Говоря о манёврах regime, Арис упомянул и фотосессии, которые регулярно используются как способ показать «мирное» обращение к Су Чи и её якобы достойное обращение. Он также отметил, что его мать не была «тихой» по вопросу кризиса с Рохинджа, и что её высказывания на эту тему «могли бы заполнить тома», что подчёркивает длительную и сложную дискредитацию образа под руководством нынешнего режима. Эти детали подчёркнуты тем, что на прошлой неделе госслужащие опубликовали фотографии улыбающейся Су Чи и подарки к её дню. sources:[6,7,8]

Исторический контекст: после десятилетий правления генералов и санкций Запада Мьянма пережила короткую волну демократизации после выборов 2015 года, когда Су Чи заняла пост «государственного советника» в рамках гражданско-военного компромисса. Её международная репутация пострадала после конфликтов 2016–2017 годов с рохинджа, когда она выступила на слушаниях в Международном суде в Гааге, заявив, что правительство могло применить «непропорциональную силу», но защитила правительство от обвинений в геноциде. Сейчас же, по словам Ариса, мировая поддержка к ней снизилась, а страна страдает от отсутствия внимания со стороны международного сообщества. sources:[9,10,15,17]

Сам Арис подчёркивает, что угрозы свободе матери не исчезли, что многие правительства призывали освободить Су Чи, однако её облик в мировом сообществе уже не воспринимается как символ демократии. Он добавил, что внимание к кризису в Мьянме помимо Рохинджа стало менее заметным, и что «мир иногда игнорирует происходящее в Бурме» только потому, что сфокусирован на другой стороне кризиса. Эти слова иллюстрируют контекст и причины ухудшения восприятия Су Чи на мировой арене. sources:[17,18]