Аналитики Guardian нашли признаки поставок топлива из портов Южной Кореи в Россию, осуществлявшиеся в июле–августе на семи танкерах и в рамках 14 рейсов в дальневосточные порты РФ. В рамках анализа портовых записей и данных отслеживания судов было зафиксировано загрузку более 176 тысяч тонн топлива, в основном дизельного, — и все это происходило через танкеры, которые находились под санкциями западных стран. Эти поставки возникли на фоне того, что Москва стремится пополнить запасы, а санкционная коалиция пытается усилить давление на Россию в условиях войны в Украине. По данным материалов Guardian, часть судов применяла схему «один к одному» — судно-перепривязка к другому порту или к другим маршрутам — что может скрывать реальное происхождение груза и обходить порты. 14–й рейс и другие детали маршрутов сопровождают случаи, когда судно заявляло разные конечные порты на разных этапах перехода. Эти данные подкрепляются отдельными утверждениями о том, что три судна находятся под санкциями Великобритании и ЕС, и что одна из операций включала передачу топлива между судами на подходе к Корее.

Самым крупным перевозчиком стал судно Layla: по данным, с 19 июля по 10 августа оно совершило две географические поездки из порта Ульсан в Владивосток и вывезло в сумме около 57 тысяч тонн дизельного топлива. В других рейсах упоминаются российские суда Astoria и Chongchon: Astoria, российского флага и находившееся под австралийскими санкциями, загрузило почти 11 тысяч тонн в Ульсане 1 августа и направилось в Владивосток с указанием назначения Япония. Chongchon же не посетило порт и взяло примерно 26 тысяч тонн топлива у несанкционированного Celeste I у anchored у Юсау, после чего направилось в Владивосток. Эти фрагменты иллюстрируют смесь заявленных направлений и реальных траекторий.

Источники подчёркивают неопределённость в отношении владельцев и продавцов топлива: по портовым записям Южной Кореи не указано, кому принадлежал груз, и владельцы/менеджеры четырех упомянутых судов не ответили на запросы. Это добавляет сомнений в прозрачность сделки. По приписанным данным, часть судов относится к санкционному списку Великобритании и ЕС, и при этом не выяснено, нарушает ли данный набор грузов внутреннее законодательство Южной Кореи — влияние ограничений страны-экспортёра на Россию в рамках санкций остаётся неясным.

Южная Корея подчёркивает баланс между поддержкой Украины и стремлением к улучшению отношений с Россией. В заявлении правительства отмечено расширение экспортного контроля на Россию по закону о внешней торговле и «до 1 402 не стратегических позиций с высокой вероятностью перенаправления в военное использование», а также готовность строго действовать в рамках закона. При этом в Министерстве иностранных дел указали, что страна следит за исполнением экспортного контроля и при необходимости принимает меры. Независимо от этого, в ходе дискуссий по санкциям Великобритания заявляла о приверженности мониторингу санкций и координации с международными партнёрами.

Экспертные оценки усиливают напряжение вокруг эффективности санкций: учёный Isaac Levi из Центра исследований энергетики и чистого воздуха (CREA) назвал ситуацию «шокирующей», поскольку EU‑санкционированные танкеры загрузили топливo в портах Южной Кореи и доставили его в Россию, что, по его словам, «ущемляет санкционный режим и поддержку Южной Кореи Украине». В то же время данные за август показывают рост импорта нефтепродуктов в Россию морем: по данным Kpler, Россия импортировала 368 тысяч тонн нефтепродуктов морем, что в восемь раз превышает прошлый месяц, и ЮжнаяKorea занимала второе место по объёму после Индии — 112 тысяч тонн. Это создаёт дополнительную нагрузку на государство в плане имиджа и координации с западными партнёрами.