Обзор The Influencer Project ставит перед зрителем не столько обычный триллер, сколько попытку экранизировать и одновременно эксплуатировать инфлюенсерскую реальность через пародийно-фиктивную версию самой звезды — Chiara King. В центре сюжета — путешествие блогерши, певицы и создательницы контента, которая приезжает в Копенгаген по приглашению туристической организации. Режиссёрская задумка, согласно источнику, разворачивается как «псевдофильм» о медиа-цифровой культуре, где мимика роликов и очередной стрим становятся не просто фоном, а основным двигателем сюжета и, в какой-то мере, искажённой сатирой на сам бизнес влиятельности. В этом же блоке заметно, что создатели намерены выстраивать дискуссию о фальсификации и презентуемой «провине» триумфов онлайна — но остаются на уровне заявлений и намёков, не предоставляя однозначных ответов. Источник подчёркивает, что фильм может восприниматься либо как хитрая работа в духе Майкла Ханеки для «ген-з kicks» молодёжной аудитории, либо как пресловутая «копия» интернет-тропов, которые уже давно переизбыты.

Сама история разворачивается по сценарию: Chiara соглашается на визит в Копенгаген ради обещанных сделок и поддержки со стороны агрессивной менеджерши Алисы (Jazmine Summer). Водится план с непрерывной съёмкой на её смартфон и командой под руководством режиссёра Майка (Mike Nybroe), который одновременно является продюсером и участником этой «съёмочной экспедиции» — с участием звукорежиссёра Даниэля и оператора Виктора. Появляются торговые точки на стильных витринах Baum und Pferdgarten и ужины в престижных местных заведениях, а затем и онлайн‑визит в «дома с привидениями» — знаменитую онлайн‑фишку, которая в этом проекте функционирует как главный визуальный двигатель. Именно в этом блоке упор на коммерческую подпитку контента и сопутствующий глянец, но он прерывается внезапными тревожными сообщениями, которые поступают в директ и содержат угрозы.

Угрозы со стороны некоего «KingSlayer» добавляют интенсивности и ложатся на баланс между «реальной» страховой составляющей и уверенной деловой азиатской логикой Chiara: продолжать съёмки ради обещанных $100 тысяч и «не поддаваться» угрозам. Согласно описанию, выбор персонажей — продолжать карьеру ради выгоды и подписанных контрактов — остаётся основным конфликтом сюжета: краеугольный вопрос — стоит ли презирать героиню за алчный прагматизм или одобрять её настойчивость не поддаваться запугиванию. Фильм в этом эпизоде использует структуру прямого эфира и ленту комментариев, чтобы показать, как цифровая среда формирует восприятие и решения героев.

Темы фильма ставят под вопрос идею о частично истинном вдохновении и реальных инцидентах, якобы послуживших отправной точкой для сюжета. По описанию, Nybroe и соавторы интегрируют дискуссию в бесконечный поток комментариев к Livestream, который сопровождает Chiara на протяжении всей истории и после титров — своеобразные ersatz-диалоги эпохи цифрового пролиферации. В итоге зритель получает картину, где «склонность к реальности» перемешана с «клиповостью» и промо-логикой, без ясной позиции режиссера относительно того, что именно произошло и где кончаются факты и начинается постановка.

Итоговая оценка созвучна с тем, что фильм одновременно создаёт эффект «иронической» сатиры и демонстрирует эффект потребления контента: вопрос этики, морали и ответственности в ситуации литературного «переводчика» онлайн‑жизни остаётся открытым. В комментариях к движению сюжета и к самой идеи о возможном источнике вдохновения картина удерживает неопределённость и не даёт окончательных ответов — что, по сути, и является одной из её ключевых художественных задач.