В разгар бурной реакции на юбилейный год трагической смерти Дианы Спенсер опубликовал свою «обработку» истории о сестре — текст с сарказмом и самокритикой, где он выступает одновременно свидетелем и автором заговора вокруг памяти Дианы. По материалу, включённому в издание, граф подчёркивает, что именно он считал себя лучшим кандидатом на произнесение.eulogy и что в процессе сбора воспоминаний не забывал о собственной роли. Источник-идентификатор 0.

Автор описывает момент, когда он услышал о смерти Дианы в Каптауне, и как менялись тон и настрой медиа после объявления о смерти принцессы. В тексте присутствуют ироничные ремарки о СМИ, папарацци и траурной атмосфере в стране, что соответствует драматизации событий и передачи голоса от лица достойного «свидетеля». Источник-идентификатор 9, 10, 12, 35.

Граф делится воспоминаниями о своём детстве и о «собственной» выгоде от публикаций на фоне 30-летия трагедии. В тексте намеренно вставляются образы семейных проблем и отсылки к давним конфликтам внутри королевской семьи. По его версии, Диана не была «несчастливым ребёнком» и оба родителя любили своих детей, но эти заявления идут на фоне сомнений и самоиронии автора. Источник-идентификатор 4, 7, 22, 23.

Затем следуют главы о подготовке к траурной речи и попытках подобрать «лучшего» исполнителя; здесь граф утверждает, что именно он должен был написать речебай.- Он вспоминает, как представители дворца давили на него, утверждая необходимость определённых фигур на процесcии, и демонстрирует неудовлетворённость и конфликтность происходящего. Источник-идентификатор 17, 18, 32, 33.

Финал — откровенная самоцитата: граф подчёркивает, что речь стала «рекоммендацией» миру и что он «построил» память Дианы вокруг себя, а не наоборот. В конце книги он заявляет, что память Дианы останется «навеки», и сама дочь будет помнить его речь как принадлежащую ему лично. Источник-идентификатор 32, 35, 36, 37.