13-й сезон «Американской истории ужасов» продолжает историю Райана Мёрфи и вызывает сомнения: автор обещал вернуть на экран известных персонажей прошлых частей, но сам факт возвращения не гарантирует второго дыхания антологии. По факту, в этом сезоне заметна грань между количеством проектов Мёрфи и качеством драматургии, которая, как и прежде, сопровождается сомнениями в связности сюжета и в нужной мотивации героев. В анонсах заявлялось возвращение Тейта Лэнгдона, Кая Андерсона, мистера Марча, Корделии Гуд, Салли «Шприц» и Вильгельмины Венабл, Эльзы Марс, Фионы Гуд и Констанс Лэнгдон, а также ряда других персонажей. Однако первые эпизоды воспринимаются как попытка вывести антологию под единым хоррор-вселенским знаменем, чего в первоначальном замысле не было. Источник 0, Источник 2.

Сюжет завязывается вокруг переплетения рядов действующих лиц: в центре — доктор Бен ДеСото, страдающий редкой ментальной фобией — трискаидекафобией, навязчивой боязнью числа 13. Его отношения с девушкой Кирой рушатся на фоне этого расстройства, и Бен соглашается на полёт 13-м рейсом в пятницу 13-го, что приводит к авиакатастрофе и дальнейшему усилению страха. Ему предлагают работу на 13-м этаже роскошного отеля «Апполион», где проживает загадочный Нас, у которого ранее была диагностирована деменция. В номере рядом оказывается Констанс Лэнгдон и её внезапно ожившие дети — Тейт и Эдли, к которым присоединяются политики-сектанты Андерсоны — Кай и Уинтер. Такие события неразрывно переплетаются с историей Корделии Гуд, Мэдисон, Салли и другими персонажами, включая воздействие «Дома-убийцы» и ведьм Нового Орлеана. Источник 7.

Новый формат выпуска в этом году у Мёрфи: вместо привычной одноэпизодной раскладки зрителям предлагают три эпизода за неделю. Такой подход, по словам режиссера, должен помочь собрать воедино рассыпающиеся сюжетные линии нескольких глав шоу. В итоге сезон стартовал медленно и лишь к четвертой серии стала заметна попытка выстроить единый концепт: число 13 воспринимается не как паранойя, а как предчувствие. Важную роль в дебютном уровне сыграл дебют Пол Энтони Келли в роли Сатаны, которого хвалят за запоминающееся появление, хотя экранного времени у него пока не так много. Источник 10.

Формула детализации числа 13 у Мёрфи подталкивает к тревожному символизму: сделка с дьяволом, воскрешение мёртвых, массовые акты насилия — всё это звучит как художественный мотив, связывающий разных персонажей и эпохи. В кадре мелькают и другие исторические фигуры, такие как Ева Браун, Брижит Бардо, Екатерина Великая, Маргарет Тэтчер, которых автор помещает на «алтарь» как главных грешниц. Однако ни Констанс Лэнгдон, ни Корделия Гуд не смогли уйти из-под влияния нового антагониста; каждая из них становится жертвой своего персонального греха. Лэнгдон снова сталкивается с токсичным материнством, а Гуд переживает сомнения и вызывает смуту в свой Ковен. Источник 15.

Особенно заметна «медленная» линия Бена: герой Джои Поллари часто оказывается на грани неуверенности и расплывчатых задач. К концу шестой серии кажется, что Мёрфи намеренно развивает противостояние между группами персонажей, будто стремится устроить некую гражданскую войну внутри сюжета: ведьмы из разных частей шоу и их враги могут столкнуться, а затем исчезнуть многие герои. Такой размах за счёт «псевдосериального конфликта» вызывает вопрос, сохранится ли сама «Американская история ужасов» как единый проект, если главные линии начнут сгинать под ударами противников и собственного соблазна. Источник 16.

В общем, 13-й сезон держится в ожидании и сомнения: режиссура и выбор актёров вызывают восхищение, но драматургия ещё не нашла устойчивой опоры. Некоторые персонажи получают заметное место на сцене, другие — остаются на периферии, что подчеркивает риск «разрозненного» коллектива. Резюме: зрители могут увидеть и тревожно знакомые образы, и новые творческие решения, однако общая целостность сюжета пока не доказана. Источник 2, Источник 10, Источник 15, Источник 16.