Издательство рассказывает о том, как 30-летний режиссёр из Флориды Ланс Оппенхайм неожиданно застолбил место на премьерах года: в депеше одновременно выходят две работы, которые уже называют «самыми обсуждаемыми» в сезоне наград. Пресс-премьерой станет биографически-реалистический фильм Primetime, в котором Роберт Паттинсон предстает в роли телеведущего-«вызова» Хэнсена, знаменитого своим жестким стилем ловли педофилов на телеэкране. Параллельно с этим документальный триллер You Can See Everything, снятый им совместно с Нейтаном Филдером, приглашает зрителей в месяц жизни с Элизабет Холмс перед началом её 11-летнего тюремного срока. По словам Оппенхайма, второе произведение — «шокирующе секретное» и с теми же темами, что и первое — может претендовать на номинацию в категории «лучший документальный фильм» на премии Oscar, что дополняет общий ажиотаж вокруг него и актёров. Эти проекты создают ощущение, что реальность пересобирается под стиль голливудской драмы и наоборот.”[3][4]

В разговоре с журналистом в лондонском отеле режиссёр объясняет выбор формата: Primetime — это не просто биография, а попытка «перенести» характерную драму Голливуда в актёрский киноязык. Он видит в фильме сочетание жанров: элемент триллера в стиле Ace in the Hole, JFK и Body Double, перемешанный с реальными событиями To Catch a Predator и современным ощущением «клубничной» телевизионной эстетики. Оппенхайм подчёркивает, что для него это больше про впечатления, чем про подлинную биографию, и что проект должен быть «экспериеншел» и «фантасмагоричным» — чтобы зритель ощутил, что попал внутрь шоу и за его пределами. По творческой логике он рассчитывает на ощущение странности, некой «невероятной смеси» жанров. Эти идеи он формулирует как творческое испытание: создать нечто, что звучит «ещё страннее, чем Stranger-than-fiction», и чтобы это ощущение ощущалось у зрителя на всех уровнях восприятия.”[9][16]

Оппенхайм добавляет, что главной движущей силой каждого проекта стал Роберт Паттинсон: актёр, которого он называет, возможно, «самым влиятельным актёром нашего времени», и который привёл в Primetime не только свою известность, но и человеческую уязвимость персонажа. По словам режиссёра, Паттинсон стал поводом к созданию проекта в первую очередь как producing и в то же время как актёр, который объединяет публичную фигуру и личность, пережившую давление славы после эпохи «Сумерек». Оппенхайм подчёркивает, что для него Роб стал «соединяющим звеном» между духом телевизионной эпохи и личной историей героя. Это сопутствует общей концепции фильма о волнующем балансе между шоу и реальностью. В контексте других проектов Паттинсон уже занял заметное место в годовом портфолио и стал одним из факторов, почему Primetime получает повышенный интерес к премьерам.”[15]

Сам Проект You Can See Everything позиционируется как триугольник секретности и медийного перформанса: документальная трилогия, в которой Опенхайм и Филдер следуют за Холмс в её финальный год до тюремного срока. О первых днях съёмок и масштабе сюжета известно пока мало, но описание ленты указывает на то, что её жанр и формат — это продолжение интереса зрителя к тому, как мошенничество и известность формируют общественный образ. По словам режиссёра, лента «head-spinning» и столь «засекреченная», что в списке Oscar predictions Variety одна из ролей помечена как [Redacted]. Это добавляет дополнительную интригу вокруг проекта и вкладывает новые смыслы в дискуссию о правде и прозрачности в эпоху личной славы.”[4]

Опенхайм говорит также о собственной карьере: его предыдущие работы были документальными экспериментами, а затем он с удивлением делает первый свой не-док-фильм — Primetime — с актёрами в центре внимания. Он вспоминает, что когда-то в детстве увидел полемику вокруг Хэнсена в эпизоде South Park, что повлияло на его интерес к теме и к тому, как формируется «медиа-цирк» вокруг настоящих событий. Режиссёр отмечает, что его любовь к смешению документального кинематографа и драматического кино возникла ещё до появления идей о Г-ls. Он добавляет, что канал TruBlu, платформа для стриминга реальных преступлений, фигурирует в одном из интервью как часть эффекта, который Хэнсен произвел на его проект и на индустрию в целом. В интервью он также сравнивает динамику общественного внимания к Хэнсену с теми же явлениями вокруг политических лидеров, отмечая, что оба персонажа «живут» на телеэкране и создают собственную медийную легенду.”[17][20][21]