Новый фильм Алехандро Гонсалеса Иньярру с участием Тома Круза сразу становится заметным событием, но критики разделились: картина кажется поверхностной, утомительной и излишне самодовольной как сатирическое высказывание о нынешнем кризисе климата. В рецензии отмечают, что актёры держат планку, однако общее впечатление от воплощения идей слабее, чем ожидалось, а визуальные образы Эммануэля Лубецки и Дэнниса Гасснера порой спорят с общим посылом фильма. Source 3, 4.

В центре сюжета — пожилой, пузатый техасский нефтяной магнат по прозвищу «Диггер» Роквелл, которого играет Круз: он просыпается, ухаживает за больной старой кошкой и получает оперативные сообщения о кризисе на буровой станции в арктических ледах. Герой носит зачатки образа «бывалого» бизнесмена и держит рядом древнюю лопату — символ семейной добычи «черного золота», как напоминание о прошлом. Роль подается с акцентами жесткого амбиша и американской «доброй старомодности»; постановка и визор на фоне создают характерный, но спорный эффект. Source 4.

Кризис, угрожающий побережью Норвегии, возникает после того, как главного учёного Ganesh (Риз Ахмед) информируют о том, что безответственные методы добычи привели к крупному айсбергу, который может внезапно столкнуть поблизости с землей. Это событие становится поворотом в сюжете и придаёт миру ощущение неминуемой катастрофы. Сценаристы акцентируют внимание на том, что учёный давно предупреждал о рисках, но ответственный за ситуацию магнат остаётся безоговорочно нераскаянным. Source 5.

Диггер попадает на встречу кризисного штаба в Белом доме, где президент Компсон, сыгранный Джоном Гудманом, выглядит истощённым и не слишком энергичным. В составе присутствуют военные и политики; сам же Диггер становится де-факто командующим. У персонажей есть заметное место и у Его родни: сестра героя, сыгранная Сандрой Хюллер, практически не задействована, что вызывает вопросы о целесообразности кадрового решения и монтажной правке. Рецензенти отмечают, что излишне резкая постановка характеров прибавляет ощущение искусственности и отвлекает от основного конфликта. Source 6.

Поворот в сюжете добавляет ещё одну ветку, которая раскручивает динамику до квазиквазисюжетной «шоковой» развязки: спорная идея, поданная как фундаментальная, оказывается вынесенной в рамки гипотетического хода сюжета, но драматургически не полностью обоснована. У фильма появляются сходства с другими крупными лентах типа Don’t Look Up — есть ощущение, что авторы стремились запустить манифест об ответственности перед планетой, но сделали при этом выводы поспешными и излишне самодовольными. В итоге зритель сталкивается с глухой нотой, когда главный конфликт якобы завершён, но не получил должного драматического раскрытия. Source 7, 8.